К 150-летию со дня рождения
А.П.Чехова (1860-1904). Творчество
Продолжение следует
Материал подготовила А.Лебедева
Произведения более поздней поры творчества писателя –
«Случай из практики», «Ионыч» – острием своим направлены против буржуазного
строя с его законами стяжательства, разлагающими человеческую личность.
Фабрикантша Ляликова – героиня рассказа «Случай из
практики» – не может вылечить свою единственную дочь Лизу, хотя выписывает
лучших врачей. Оказывается, Лизу терзает совесть и ей нужны не лекарства, а
ласковое слово, человеческое отношение. Приехавший к Ляликовым доктор
видит, что благоденствует одна гувернантка, а тысячи полторы-две рабочих,
голодая, неустанно трудятся. Лиза признается доктору, что она задыхается в
одиночестве, у нее нет близкого человека.
Чехов показал, что честный человек не может примириться
с бездушием и бесчеловечностью повседневной жизни при буржуазном строе.
Заканчивается рассказ пением жаворонков и звоном колоколов на фоне
радостного, светлого утра. Писатель утверждает веру в близость прекрасной,
разумной жизни, очищенной от власти золота. Жизнь должна стать «светлой и
радостной».
В основе рассказа «Попрыгунья» – мысль об общественной
ценности человека, о величии подлинном и мнимом. Писатель раскрывает
красоту человека, призывает верить в него. Он нарисовал образ взбалмошной
женщины, неразборчивой в своих увлечениях. Дилетантское увлечение
искусством, флирт с художниками – вот содержание ее жизни. Причем она
совсем неспособна разбираться в людях. Ее кумир, художник Рябовский, в
сущности, бездарен. Он обрисован сатирически. Искусственны и театральны его
речь, жесты, отношение к людям. А действительно талантливого человека –
своего мужа, Дымова – Ольга Ивановна просмотрела. Лишь после смерти Дымова
она поняла, что это был за человек. Чехов с большой симпатией описывает
подлинного труженика науки, талантливого ученого Дымова. Рассказ сначала
назывался «Великий человек».
Чехов поэтизировал человека труда. Красота в его
представлении неразрывно связана с трудом.
В 1888 году Чехов откликнулся на смерть
Н.М.Пржевальского замечательной статьей, в которой прославляет подвиги
великого ученого и путешественника. «Такие люди, как покойный, – писал
Чехов, – во все века и во всех обществах, помимо ученых и государственных
заслуг, имели еще громадное воспитательное значение. Один Пржевальский или
один Стэнли стоят десятка учебных заведений и сотни хороших книг. Их
идейность, благородное честолюбие, имеющее в основе честь родины и науки,
их упорство... непобедимое стремление к раз намеченной цели, богатство их
знаний и трудолюбие, привычка к зною, к голоду, к тоске по родине, к
изнурительным лихорадкам, их фанатическая вера в науку делают их в глазах
народа подвижниками, олицетворяющими высшую нравственную силу».
Дымов, как и Пржевальский, великий труженик, посвятивший
всю жизнь науке. Важно отметить, что Чехов отстаивает в «Попрыгунье» и
другую мысль: не следует искать героя необыкновенного, нужно видеть красоту
в простом, обыкновенном человеке. Ольга Ивановна, просмотревшая в Дымове
человека, хотела бы вернуть мужа к жизни. Но идеалы ее остались неизменны:
«Она хотела объяснить ему... что он редкий, необыкновенный, великий человек
и что она будет всю жизнь благоговеть перед ним, молиться и испытывать
священный страх...». Этими словами Ольги Ивановны писатель показывает, что
она осталась прежней «попрыгуньей», стремящейся к «великим», необыкновенным
людям. Не случайно Чехов передает мысли героини, смотрящей на друга
умершего мужа, Коростелева: «Неужели не скучно быть простым, ничем не
замечательным, неизвестным человеком, да еще с таким помятым лицом и с дурными
манерами?»
Ольга Ивановна описана иронически. Жаждущая славы,
мелочно честолюбивая героиня не замечает, что она всего лишь дилетантка. И
она смотрит на обыкновенных людей сверху вниз, любит играть красивую роль.
Чтобы как-то выделить перед друзьями своего «обыкновенного» мужа, Ольга
Ивановна говорит: «Не правда ли, в нем есть что-то сильное, могучее,
медвежье?». Писатель показывает бессмысленность самой сути таких женщин.
Вместо того, чтобы помогать своему мужу или заниматься каким-то другим
полезным делом, она ищет какие-то «искусства» и «величия», таким образом
оправдывая пустоту своего существования. В рассказе показано, что т.н.
«знания и поиски» таких людей не приносят никакой пользы, это просто
обывательский снобизм и расфуфыренная маскировка внутренней пустоты и
неспособности приносить своей деятельностью хоть какую-то пользу людям,
хотя бы самым близким.
Рассказ «Попрыгунья» восхитил Л.Толстого. Секретарь и
врач Л.Толстого Д.П.Маковицкий вспоминал: «29 марта 1907 г. – Л.Н. прочел
вслух «Попрыгунью» Чехова. Две трети прочел сам – так живо, что я воображал
себе всю историю, как если бы происходило бы у меня на глазах… Читая Л.Н.
сначала очень смеялся и восхищался рассказом: «С каким тонким юмором
написано! Это мне удовольствие предстоит, это я прочту всего Чехова!».
Осуждению духовного застоя общества посвящены рассказы
«Человек в футляре», «Крыжовник» и «О любви», созданные в 1898 году и
составляющие маленькую трилогию. Они объединены общей идеей разоблачения
«футлярной» жизни и связаны единством некоторых персонажей. Писатель
выступает в этих рассказах против духовного одичания, обывательщины,
охвативших значительные слои русской интеллигенции, а это влечет за собой и
их моральное падение.
Тему “футлярного человека” можно по праву считать
сквозной в творчестве Чехова. Наиболее гротескную картину “футлярной” жизни
автор дает в первом рассказе трилогии, где тема заявлена уже в названии.
Чехов рисует явно утрированный образ, который является художественным
обобщением общественного явления того времени. Так, перед нами предстает
Беликов – человек с весьма интересным и даже “замечательным” характером и
привычками: “в очень хорошую погоду” он “выходил в калошах и с зонтиком и
непременно в теплом пальто на вате. И зонтик у него был в чехле, и часы в
чехле из серой замши, и когда вынимал перочинный нож, чтобы очинить
карандаш, то и нож у него был в чехольчике; и лицо, казалось, тоже было в
чехле, так как он все время прятал его в поднятый ворот”. Не случайно автор
уделяет особое внимание портрету героя. Он стремится при помощи
характеристики быта, костюма Беликова раскрыть его душу, внутренний мир,
показать его истинное лицо.
Так, уже из портретного описания мы видим, что учитель
греческого языка полностью отгородился от живой жизни, наглухо заперся в
своем “футлярном” мирке, кажущемся ему лучше подлинного. Футляр
“обволакивает” мозг, контролирует мысли героя, подавляя положительные
начала. Таким образом, он лишается всего человеческого, живого,
превращается в механическую машину предрассудков, правил и циркуляров.
Но страшнее всего то, что эти правила и предрассудки он
навязывает всему окружающему миру, в котором и так все цели ставятся и
достигаются только по необходимости. Угнетая всех своей осторожностью,
Беликов давит на людей, заставляет их боятся: “Наши учителя народ все
мыслящий, глубоко порядочный, воспитанный на Тургеневе и Щедрине, однако же
этот человечек, ходивший всегда в калошах и с зонтиком, держал в руках всю
гимназию целых пятнадцать лет! Да что гимназию? Весь город!” Развивая мысль
Чехова, мы понимаем, что “футляр” – это обобщенный образ всей России с ее
государственным режимом.
Но в город проникают веяния нового времени. Появляются
независимые, свободные личности (Коваленко, его сестра), вскрывающие с
беспощадной силой “удушающую атмосферу” такой жизни. Они находят ключ к
решению проблемы, который заключен в главной фразе произведения: “Нет,
больше жить так невозможно!” Действительно, с приходом таких людей
заканчивается господство Беликова. Он умирает. Но создается такое
впечатление, что герой именно ради этого и жил, наконец, он достиг своего
идеала: “Теперь, когда он лежал в гробу, выражение у него было кроткое,
приятное, даже веселое, точно он был рад, что, наконец, его положили в
футляр, из которого он уже никогда не выйдет”. Да, Беликов умер, но
“сколько еще таких человечков в футляре осталось, сколько их еще будет!”.
Во время похорон стояла дождливая погода и все учителя гимназии “были в
калошах и с зонтами”, как бы продолжая традиции покойного.
Что же ждет людей, ведущих “футлярный” образ жизни?
Конечно, неизбежное одиночество, страшнее которого нет ничего в мире.
Образ «человека в футляре» неоднократно использовался
В.И.Лениным для характеристики в дореволюционное время бюрократизма и
казенщины, для разоблачения педантизма, бездушия. С «человеком в футляре»
Ленин сравнил К.Каутского (Ленин В.И., ПСС, т.26, стр.233), боявшегося
диктатуры пролетариата.
Духовным братом Беликова является герой рассказа
«Крыжовник» Николай Иванович, все жизненные помыслы которого сводились к
приобретению «усадьбы с крыжовником». Он мечтал: «Сидишь на балконе, пьешь
чай, а на пруде твои уточки плавают, пахнет так хорошо, и... и крыжовник
растет». Усадьба, собственнические интересы стали для него своеобразным
футляром. «Принято говорить, что человеку нужно только три аршина земли. Но
ведь три аршина нужны трупу, а не человеку. И говорят также теперь, что
если наша интеллигенция имеет тяготение к земле и стремится в усадьбы, то
это хорошо. Но ведь эти усадьбы – те же три аршина земли. Уходить из
города, от борьбы, от житейского шума, уходить и прятаться у себя в усадьбе
– это не жизнь, это эгоизм, лень...»
Став владельцем имения, прежний работяга-чиновник
превратился в настоящего барина, говорящего важным тоном, «точно министр».
Внешность его тоже изменилась: Николай Иванович «постарел, располнел,
обрюзг; щеки, нос и губы тянутся вперед, – того и гляди хрюкнет в одеяло».
На свинью похож не только Николай Иванович, но и его собака, которой лень
лаять, и голоногая толстая кухарка.
У Николая Ивановича и взгляды теперь ретроградные:
«Образование необходимо, но для народа оно преждевременно»; «Телесные
наказания вообще вредны, но в некоторых случаях они полезны и незаменимы».
В записной книжке Чехов так комментирует «либерализм» Николая Ивановича:
«от сытости начинается либеральная умеренность». И далее: «Умеренный
либерализм: нужна собаке свобода, но все-таки ее нужно на цепи держать».
Проблема, затронутая А.П.Чеховым в рассказах “Человек в
футляре” и «Крыжовник», всегда останется актуальной. Писатель предупреждает
об опасности обывательщины, житейской пошлости. Незаметно для себя каждый
может попасть в “футляр” собственных предрассудков, перестав думать и
размышлять, искать и сомневаться. И это действительно страшно, так как
ведет к духовному опустошению и деградации личности.
Версия для печати Обсудить на
форуме
|
