Корчагинцы. Судьба трех Николаев
Группа товарищей
У каждого времени свои герои. В зависимости от того,
какие задачи ставит перед собой общество, такие идеалы оно воспитывает в
массах. Для советских людей, символом мужества и героизма служил Павка
Корчагин – главный герой романа Николая Островского «Как закалялась сталь».
Бесстрашный, непримиримый со злом, готовый до конца бороться за правое
дело, отдавая целиком и без остатка всего себя. На его примере воспиталось
несколько поколений коммунистов. Они называли себя корчагинцами. Это был
особый тип людей, бескорыстных, самоотверженных, для которых смыслом всей
жизни была борьба за освобождение человечества от гнета капитала. Этому
делу они отдавали все силы. Им не нужно было ни славы, ни почестей, только
бы дольше оставаться в строю.
Сегодня больше нет Советского Союза, мы живем в другом
государстве, где в почете другие символы. Нередко можно встретить ветерана
Великой Отечественной войны с наградами, полученными им из рук президента,
который присвоил звания героев Украины фашистским пособникам. Ветеран,
улыбаясь в камеру, на вопрос журналиста о том, что помогает ему сохранять
силы, отвечает: «я из племени корчагинцев». А у самого на груди рядом с
советскими орденами и медалями, позвякивает ющенковский «крест». Нелепое и
кощунственное сочетание. Разве мог бы Корчагин или его прототип, сам
Николай Островский, красоваться с орденом Петлюры? Такое даже невозможно
представить.
Да, казалось бы, никто не вправе осуждать этих людей.
Они воевали и заслуживают почтения. Но все же принять такую награду от тех,
кто разрушал социалистическое государство, значит нарушить Воинскую
присягу, значит предать свое Отечество и память 27 миллионов погибших за
Родину. Глядя на фронтовика, так и хочется сказать: «Ты, дорогой товарищ,
сражался за правое дело. Поэтому сними награду и швырни тем, кто это правое
дело погубил, кто сделал большинство населения страны бесправными и
голодными, прозябающими и вымирающими, утратившими собственное достоинство
и честь и назвал все это свободой. Не позволяй им отнять последнее –
Победу».
Но есть и настоящие патриоты социалистического
Отечества, их много. Они по - прежнему, несмотря на возраст, готовы
бороться за идеалы коммунизма. И даже уходя в мир иной, они продолжают
оставаться с нами, в нашей памяти, в нашем сердце. Мы расскажем о двоих из
них, представителей племени корчагинцев.
Николай Петрович Полудень, коммунист, генерал. О нем не
раз уже писала левая пресса. Киевляне его помнят по первым протестным
манифестациям и демонстрациям после развала Союза. Он всегда шел впереди
колонны с Красным знаменем. Одна рука крепко сжимала древко, вторая –
опиралась на палочку. Болело колено, в котором застрял фронтовой осколок,
слабело тело от множества старческих болезней, сердце, словно изношенный
мотор, давало перебои. Но он не останавливался, демонстрируя свою верность
великой идее, в которую свято верил, ради которой жил.
С годами болезни усиливались. Идти вместе со здоровыми
людьми он уже не мог. Тогда он сел в инвалидную коляску и так же, как
прежде, был впереди колонны демонстрантов, так же над ним развевалось
Красное знамя. Иного он просто не воспринимал, как и не воспринимал те
самые президентские награды. Тяжело больной, перенося телесные страдания,
он был как никто другой силен духом и неколебимой верой в правоту дела
борьбы за счастье своего народа.
Так в свое время Николай Островский, превозмогая боль,
шел строить узкоколейку, а когда силы оставили его, он, прикованный к
постели, диктовал свой выдающийся роман. В одном из эпизодов романа, где
рассказывается о том, как главный герой, отчаявшись бороться с жизненными
трудностями, решает покончить с собой, есть такие строки: «умей жить и
тогда, когда жизнь становится невыносимой. Сделай ее полезной».
Николай Петрович умел делать жизнь полезной и в далеком
1944 году, когда он, парторг батальона морской пехоты, краснофлотец повел в
бой десантников, высадившихся под Керчью. В этом бою его тяжело ранило,
завалило землей от взрыва снаряда крупного калибра. Товарищи не смогли
отыскать его под завалами, а командование представило к награждению орденом
Отечественной войны посмертно. Но выжил советский моряк, всем смертям
назло. Вспоминая об этом, он говорил: «На ноги мне помог встать
Островский».
После долгого лечения Николай Петрович вернулся в строй.
Окончилась война, и партия поручила ему трудную, но почетную задачу -
защищать государство от контрреволюции, диверсий и шпионажа. Еще не раз ему
приходилось выживать в тяжелых столкновениях и перестрелках с различного
рода врагами. В бесстрашного чекиста не раз стреляли и в упор, с близкого
расстояния, и издалека из всевозможных «засидок» и «схронов». Он с честью
прошел боевой путь – от матроса Черноморского флота – до генерала КГБ.
Отслужив, отправился на заслуженный отдых. Но отдыхать не пришлось, да и по
своей природе, такие люди, как Николай Петрович не способны сидеть сложа
руки, ибо они горят, а не тлеют.
Грянула контрреволюционная «перестройка». Он не мог
смириться с тем, как невежды и лжецы-партперевертышы глумятся над всем, что
ему дорого. Ведь это они сделали то, чего не смог сделать Гитлер: развалили
Великую державу, продали иностранному капиталу ее богатства. Жизнь
становилась невыносимой, и старый генерал вновь вступил в бой.
Коммунист Полудень был в рядах борцов за снятие запрета
на деятельность Компартии. Он выступал на митингах и многочисленных
партийных собраниях, вел пропагандистскую и агитационную работу. Застарелые
раны давали о себе знать. Но мужественный генерал помнил, что его
жизненному идеалу и маяку Корчагину – Островскому было еще тяжелее. Тот
ведь был парализован и полностью ослеп. Николай Петрович мог еще
передвигаться и видел. Помните слова прекрасной советской песни: «Пока я
ходить умею, пока я глядеть умею… я буду идти вперед». Наверное, так же
думал и Николай Петрович.
У коммуниста Полудня было немало врагов. Продажные
телевизионщики делали все, чтобы показать его на экране в искаженном виде.
Съемки были издевательские: вот он что – то говорит в мегафон, а мегафон
трясется у него в руках, вот он идет, припадая на больную ногу, а руки
делают какие – то непонятные движения. Словом, что с него взять, старый
человек, только подобные остались в рядах защитников коммунизма. Они,
телевизионщики, лгали, как лгут и сейчас народу, обслуживая своих хозяев.
Хулиганствующие молодчики выкрикивали всевозможные угрозы, оскорбления
и.т.п. Но Николай Петрович не
дрогнул, он знал, что не один, возле него всегда находилось много людей как
пожилых, так и молодых. Он был честным и неутомимым борцом за права
трудового народа. К таким, как он, тянутся люди. Таких любят и берут себе в
пример.
21 марта 2006 года Николая Петровича не стало. На
надгробной плите выбита известная всем цитата из повести «Как закалялась
сталь» о смысле жизни революционера на земле. Николай Петрович прожил свою
жизнь достойно, как достойно прожил его любимый писатель, Николай
Островский. Растут у могилы красного генерала две молодые туи. Их посадил
товарищ и единомышленник Николая Петровича, тоже Николай – Гушель.
Николай Степанович Гушель – пенсионер. Его биография
обычна, как биографии многих людей того поколения. Он родился в селе Жукин,
Вышгородского района, Киевской области. Отец был председателем сельсовета,
погиб на фронте. Двенадцатилетнего брата Ивана зверски убили фашисты за
помощь партизанам. Именем этого пионера-героя впоследствии были названы три
пионерских отряда. Нелегкая судьба выпала тем людям: война, послевоенная
разруха, восстановление хозяйства, голодное, босоногое детство. Будучи
юношей, Николай Гушель восстанавливал родной совхоз, работал трактористом,
потом окончил фабрично-заводское училище, восстанавливал Кременчугскую ГЭС,
поднимал целину, служил в Советской Армии. Он всегда был там, где
требовались энергичные и деятельные люди. Когда грянула авария на
Чернобыльской АЭС, Николай Степанович ринулся в гущу событий, работал
водителем и перевозил рабочий персонал. Его автобус получил столь мощную
дозу радиации, что стал непригоден для дальнейшего использования, был
отправлен в могильник для техники и засыпан землей. Знал ли Николай
Степанович, какой смертельной опасности подвергался? Конечно, знал! Но долг
гражданина и совесть рабочего требовали быть именно там, на одном из
сложнейших участков. «Кто же, если не я?» - так учили его и в армии, и на
производстве. Высокое чувство личной ответственности за происходящее –
характерная черта советского патриота.
В 2002 году, в возрасте 70-лет, Николай Степанович
осознал, что место его в Коммунистической партии. Только партия,
вооруженная передовой марксистской теорией, организованная,
дисциплинированная и сплоченная воедино, способна противостоять произволу и
насилию олигархическо-буржуазной диктатуры (по нашему мнению, Павел
Корчагин, страстно боровшийся за чистоту ленинской партии, вряд ли счел бы
таковой нынешнюю КПУ – Ред). Почему не вступил в партию ранее, в
более молодые годы? Да просто стеснялся, не хотелось навязываться, а партийцы
сами не предлагали. Но сейчас быть вне партии, просто невозможно. Нужно
бороться. «Пусть я сделаю совсем-совсем немного, но ведь и море состоит из
капель» - примерно так думал Николай Степанович. Дальнейшие события
показали, что делает он не мало, а даже много, хватило бы на нескольких…
Ему вручали партийный билет у иссеченной пулями сечевых
стрельцов стены прославленного завода «Арсенал». Первым поздравил Николай
Петрович Полудень. С тех пор они, два Николая, были неразлучны на всех
партийных мероприятиях. Общность в понимании своих целей и задач, единство
взглядов и оценок происходящего свели этих, в общем – то разных людей. Они
стали не только товарищами по борьбе, но и друзьями. Когда же Николай
Петрович был вынужден передвигаться с помощью инвалидной коляски, его возил
Николай Степанович. «Личный водитель», - так шутливо называл его сам
генерал Полудень.
Как человек увлеченный, бескомпромиссный и деятельный,
Николай Степанович постоянно в движении. Он не может сидеть спокойно, без
дела, даже на своем восьмом десятке. В одной из школ в селе Жукин он создал
мини-музей имени Полудня. Там собраны экспонаты, связанные с его жизнью,
фотографии, газетные вырезки о нем, генеральский мундир Николая Петровича.
Сотни учащихся благодаря этому узнают о жизни замечательного советского
патриота.
Николай Степанович видит свою первейшую обязанность в
разъяснении сущности марксистско – ленинского учения, идей партии, ее целей
и задач. Во дворе своего дома он соорудил щит, на котором постоянно
вывешивает газеты: «Правда», «Коммунист», «Рабоче-крестьянская правда»,
«Рабочий класс» и др. Люди останавливаются у щита, читают, обсуждают.
Значит, это им нужно и труд ветерана не напрасен.
После смерти друга Николай Степанович стал думать о том,
что нельзя допустить, чтобы память о замечательном человеке, отдавшем всю
свою жизнь служению Отечеству, канула в Лету. В таких случаях на уровне
власти, по наставлению общественности принимаются решения об увековечивании
памяти. Имя этого человека присваивается улицам, школам, учреждениям,
кораблям и т. д. Понятно, что сделать это можно только по постановлению
властного органа, скажем, - Совета. Но народных Советов уже нет, а герои
социалистического государства кощунственно оболганы и забыты. Однако,
забыты не всеми, есть советские люди, которые помнят. Так Николай
Степанович начинает действовать. На пустыре между домами по улице Бальзака
он решает создать сквер и назвать его именем генерала Полудня Николая
Петровича. Он роет ямы, достает саженцы деревьев, планирует дорожки, клумбы
– словом делает все, что и требуется в таких случаях. К нему подходят
соседи, спрашивают, советуют, предлагают свою помощь. Из состава жильцов –
энтузиастов создается «инициативная группа». Кто – то приносит шланг для
полива молодых саженцев, ребята-рабочие из авторемонтной мастерской
огораживают участок изношенными покрышками. Люди предлагают даже собрать
деньги на мемориальную доску Николая Петровича. Но одно дело задумать,
другое - осуществить. Не все так
просто.
Благородный душевный порыв членов «инициативной группы»
и их бескорыстный добровольный труд по сооружению сквера оказался кое –
кому не по душе. В соседнем доме нашлась своя «контр-инициативная группа».
Что не понравилось этим людям – неизвестно. Они обвинили Николая
Степановича в «самовольном захвате земли», в желании иметь какие – то
выгоды из строительства сквера и прочих грехах. В конечном итоге, все
кончилось жестоким избиением старика: выбиты зубы, получены ушибы.
Врач-невропатолог засвидетельствовала сотрясение мозга, настаивала на
госпитализации. Но Николай Степанович не может отлеживаться на больничной
койке, когда в сквере имени Полудня так много работы – надо ухаживать за
молодыми саженцами…
К сожалению, участковый не настроен разбираться в
инциденте и требует от Николая Степановича письменного объяснения своего
«самоуправства» по установлению сквера. Скромный пенсионер ни к кому не
обращается, дабы не тревожить своими просьбами. Он ведь боец, и не простой,
а с корчагинской закалкой.
Герои этой статьи три Николая, три корчагинца:
Островский, Полудень, Гушель. Но в действительности – их больше. Эти люди
всю свою «жизнь, и все силы» отдают «самому прекрасному в мире – борьбе за
освобождение человечества». Победа будет за ними!
Версия для печати Обсудить на
форуме
|
